Интервью «Заметки на манжетах»

Александра Прозорова // «Pro-сцениум», №7–8 (88–89), апрель 2010

 

Страница 1

Михаил Воробейчик — известный художник по костюмам — сотрудничает с Молодежным театром на Фонтанке много лет. Он создал костюмы к спектаклям «Касатка», «Ночь ошибок», «Дни Турбинных», «Забыть Герострата!» и другим.

Сейчас Михаил решил попробовать себя в новом "жанре«и успешно осваивает компьютерную вышивку, считая ее техникой XXI века для театрального костюма.

— В одном из интервью вы сказали, что работа с Екатериной Дроновой над костюмами для спектакля «Забыть Герострата!» стала для вас эталоном сотрудничества художника и актрисы...

— С Катей общий язык мы нашли больше десяти лет назад — со времен спектакля «Стакан воды». Поэтому для меня наша работа была идеальным союзом художника и актрисы: нам не нужно было уточнять мелочи, какие-то общие цветовые пристрастия — они были сразу понятны. Не говоря уже о том, что я очень люблю ее и ценю как актрису.

Страница 2

— Что-то изменилось в ваших отношениях с театром на Фонтанке за те десять лет, что вы с ним сотрудничаете?

— Когда вместе с театром трудишься, пусть и с перерывами, но много лет, то чрезвычайно интересно, какие в нем происходят изменения. И мне кажется, если бы в театре все было по-прежнему, такой радости от встречи не случилось бы. Но все-таки я считаю, что мой пик работы в Молодежном театре связан с «Касаткой» — не знаю, будет ли еще спектакль, который затмит тот выпускной период, который был для меня, в общем-то, идеальным, и не только в контексте театра, но и жизни в целом. Ведь сейчас и время уже другое, и мы другие.

— А как вы оцениваете появление новой сцены?

— Это сложный вопрос. Прежнее помещение было особенное: особенный зал, особенное устройство площадки, уникальная атмосфера. Мне кажется очень важным сохранить место рождения и жизни спектаклей. Мне думается, что самым гармоничным решением будет то, при котором на новой сцене появятся новые спектакли, а рожденные на старой останутся на прежнем месте.

Кстати, по поводу Молодежного театра есть еще один очень интересный момент: там практически все спектакли — долгожители. Я думаю, это получается потому, что все, кто работает над спектаклями, собирают эмоции вместе, и потом в зал идет такой коллективный позитивный заряд. Ведь большинство этих спектаклей создано в тот момент, когда чувства и творческая энергия захлестывали и перехлестывали.

Страница 3

— Я знаю, что сейчас вы занялись новым видом декоративного искусства — компьютерной вышивкой, открыли сайт со своими работами. Что вас заставило изучать новое направление?

— Посыл самый банальный. Здесь корыстный интерес художника по костюмам в попытке расширить свои возможности с помощью чего-то необычного. Где-то в работе над шестидесятым спектаклем я понял, что меня катастрофически не устраивает положение дел с тканями, с фактурами, с отделками. Мы привыкли к старым, дедовским способам создания театральных костюмов. У нас все тот же клей ПВА, та же гуашь, все те же щетинистые кисти. И мне все время не хватает возможности перейти, наконец, в наших приемах в XXI век. Например, год назад я делал Наталье Сурковой новый вариант костюма в «Касатке». И если бы я освоил тогда компьютерную вышивку — на ее платье появились бы настоящие старинные кружева, а не те кусочки кружевных полотен, из которых я пытался выложить рисунок в стиле модерн. Все-таки на дворе XXI век — и пора уже в театре внедрять что-то новое. Но, к сожалению, в российский театр современные технологии приходят очень медленно. Мы столько всего упускаем, сохраняя существование по старинке. И я рад, что сейчас моя работа над вышивками стала успешно развиваться, и мои возможности стали почти безграничны.